Наркоша

http://elena-dubrovina.ru ПомощьНаркоша

Хотя было только семь вечера, на улице по-зимнему быстро начало смеркаться. Данил вышел гулять с Рэмом.

Мальчика сильно беспокоило, что он опоздает: в восемь ему на тренировку. Без него никак – он полузащитник, а тут еще и с собакой погуляй, и хлеба купи, а главное, домашнее задание сделай. Учитель по математике, будто нарочито, задала 6 упражнений и, сердито сверля его глазами, грозилась утром проверить, ведь он уже пару раз «забывал» тетрадку дома.

А сегодня, как на зло, опаздывать ну никак нельзя было: тренер обещал, что придет какой-то «важный гость», будет смотреть, кто, как играет, и вербовать в престижный футбольный клуб, что на юге России. Там не просто серьезная школа-интернат, там целая футбольная академия для детей, вернее для будущих звезд российского футбола.

Мальчишки зачаровано слушали тренера, а тот восторженно рассказывал о большом красивом кампусе с современными постройками, с бассейном, с тренажерным залом и медицинским центром, а самое главное – с хорошо оснащенным собственным стадионом. И хотя все это благолепие находилось далеко от родного города, Данил был не против переехать, ведь это значило одно – сложилась карьера футболиста.

Данила давно заметили и пророчили ему хорошее спортивное будущее. Он знал, что в футбольную школу отбор строгий, ко всему прочему, за год многие отсеиваются, остаются только лучшие. Мальчика это не пугало. Да он и сам знал, что не спасует перед трудностями, потому что давно решил: футбол и только футбол – это, то чем он хочет заниматься всю жизнь.

– Диман! Я чуть опоздаю, скажи Иванычу! – крикнул Данил мимо пробегающему конопатому мальчишке.

– А че так? – поправляя огромную меховую шапку, спросил тот.

– Да по матише кучу задали, а тут еще Рэмку выгуливать, – кивнул он на черненького лабрадора, приветливо махающего хвостом Димке.

Мальчик умолчал о том, что, ко всему прочему, мама, задерживаясь на работе, попросила купить хлеба и молока, иначе киоск закроется, и они с отцом останутся без ужина.

– Лан, пока. – Димка умчался.

– Давай быстрее! – раздраженно проворчал Данил Рэму, но щенок беспечно играл со снегом и «свои собачьи дела» делать не торопился.

Мальчик повел пса со двора за дом, направляясь к остановке с хлебным киоском. Только вошел он в арку, как вдруг увидел огромное кровавое пятно на снегу. «Ничего себе! – подумал Данил, – Это кого же так угораздило?» – мальчик посмотрел по сторонам: редкие люди, спешащие домой, – все вроде живы и здоровы…

Всю дорогу, пока они с Рэмом шли, мальчику попадались темные капли: видимо, совсем недавно кто-то, будучи серьезно раненым, направлялся в ту же сторону.

Данил поежился от вида крови. Он знал, что от большой кровопотери можно умереть, а тут явно все дело было не в разбитой коленке. Рэм заинтересовался жуткими следами на снегу, но Данил натянул поводок и поспешил к остановке, перешел дорогу на зеленый свет и в двух шагах от киоска встал как вкопанный.

На остановке сидел парень лет 20-ти и что-то искал в карманах. Вся его одежда была в крови, под ногами лужа. Димка в ужасе подошел ближе и увидел что у того из подбородка не просто сочится, а льется кровь. Парень явно был не в себе, будто пьян, движения неточные, его слегка пошатывало.

– Что с ним? – спросил Данил женщину, которая ждала автобус.

Та в ответ пожала плечами и со страхом покосилась на раненого парня.

– Скорую кто-нибудь вызвал? – спросил Данил.

Женщина немного смутилась, мотнула головой и поспешила в подъехавший автобус. Мальчик проводил ее удивленным взглядом и посмотрел на мужчину, который в этот момент с кем-то громко говорил по телефону, будто не замечая возле себя ни крови, ни раненого парня.

– Ты как? – спросил Данил незнакомца.

Тот блаженно улыбнулся и поднял на него свои глаза: зрачки сильно сужены. Мальчик подумал, что это от боли, позднее он узнал, что ошибался, но в тот момент сильно испугался, что парень вот-вот может умереть.

Данил знал, что холод способен помочь: ему как-то прикладывали лед к разбитой коленке, что не просто сняло отек от ушиба, но еще и остановило кровь. Это было летом, когда один неуклюжий мальчишка грубо сыграл: выбил мяч из-под ноги Данила, поставив ему подножку… Но сейчас мороза на улице не ощущалось, снег к открытой ране из-за риска заражения прикладывать было опасно, а потому кровь без остановки лилась и лилась на землю.

– Я ща-ща-ща… – еле ворочая языком, ответил парень и снова начал что-то искать в карманах, по нему не было заметно, что ему больно.

В этот момент мимо проходила девушка, остановилась и испуганно покосилась на парня; наговорившись по телефону, подошел мужчина и бодро так спросил:

– Кто ж тебя так?

Парень не ответил, он был занят, ведь наконец нашел, что искал в своих карманах – сигарету. Он вставил ее в рот, и мужчина любезно поднес зажигалку.

Данил достал мобильный и позвонил в скорую помощь. Мальчика долго допрашивали, потому что приняли его звонок за розыгрыш, ведь точного адреса он назвать не смог.

– Какой тут рядом дом? – обратился Данил к зевакам.

– Да не приедут они так, – махнул рукой мужчина.

– Это 60-ый, кажется, – сказала девушка, указав на близстоящий дом.

Мимо проходила старушка с тележкой, груженной картоном, остановилась и подтвердила.

– Фу, – облегченно вздохнул Данил. – Сказали: «Ждите», – Есть у кого платок?

Девушка смущенно улыбнулась и отошла в сторону, мужчина был бы рад помочь, но он явно торопился.

Парень встал и, пошатываясь, отправился прочь.

– Ты куда?! – воскликнул Данил, – Сдурел что ли? Ща врач приедет.

– Ды не надо, – пробубнил парень и беспечно улыбнулся.

– Погоди, тебе нельзя уходить! Ты вон, весь в крови!

– Ды нормально, – отмахнулся тот.

Данил не смог удержать парня. Хотел было схватить за куртку, но она вся в крови. Настаивать на своем, тоже не представлялось возможным, ведь незнакомец был не в себе и запросто мог заупрямиться. Нужно было уговаривать, набраться терпения и уговаривать…

– Сейчас тебя врачи посмотрят и домой отвезут! Подожди! Тебе помогут!..

Парень остановился, идти у него явно не было сил, выронил сигарету и плюхнулся обратно на скамью. Мужчина купил бутылку воды, отдал парню и ушел, тот отпил немного и выронил. Вода вылилась на окровавленный снег, забрызгав и без того мокрую куртку.

Какая-то женщина сбегала в рядом стоящую аптеку, отдала Даниле бактерицидный пластырь и ушла. Мальчик не знал, что с ним делать, повертел-повертел, затем, поджав губы, осмотрел подбородок: вид крови его ужасал. Он пересилил себя.

– Давай прилеплю.

– Что его забрать некому? У него что, родственников нет? – запричитала старушка.

Раненый упрямо отвернулся, улыбка не покидала его лица, он явно был расслаблен и не понимал беспокойства мальчика, но Данил все-таки налепил пластырь на подбородок. Совсем скоро, тот напитавшись красной жидкости, отвалился.

– Тебя есть кому забрать? – спросил Данил.

Парень в ответ кивнул, долго шарил по карманам, достал телефон и начал кому-то звонить. Заплетающимся языком он просил за ним приехать, но судя по всему, этого делать никто не собирался. Незнакомец ничего внятно не смог объяснить, а на том конце провода не особенно хотели слушать.

Пока тот отвлекся, забыв о своей навязчивой идее уйти с остановки, Данил соображал, чем еще может помочь. Он огляделся: совсем стемнело; рядом только старушка; редкие прохожие; чуть поодаль несколько человек ждут свой транспорт. «Как же так? Почему все проходят мимо? Разве они не видят, что пацан умирает?!». Мальчик понимал: «Все устали на работе и торопятся домой… Но как же они встретят утро, зная, что могли помочь?! Разве они не видят, что это сейчас важнее?!»…

– Холодно? Бедненький, – старушка подала кусок картонки Рэму, который начал дрожать от холода, он все-таки был еще щенок и не привык долго сидеть на заснеженном асфальте.

– Спасибо, – поблагодарил Данил.

– У меня тоже собаки, – с пониманием закивала старушка, – А сколько ему?

Данил не хотел говорить, как-то это было не уместно. Его сейчас волновало другое:

– Сиди, не вставай!

Но парень упрямо заковылял к киоску, и начал что-то невнятно бормотать продавцу; из окошка появилась рука с носовым платком, который он затем приложил к подбородку.

– Садись, тебя сейчас домой отвезут! – вновь начал уговаривать Данил.

Тот несогласно замотал головой, при этом растянув бледные губы в подобие улыбки.

– Нельзя так идти. Упадешь и замерзнешь! – Данил удивлялся тому, как парень «бестолковится», но разве он мог его бросить?

Мальчику почему-то представилось суетливое утро. Он торопливо ест бутерброд, опаздывая в школу, а отец по обычаю пьет кофе и просматривает телевизионные новости. Вот показывают остановку, милицию, охающую бабушку и окоченевшего парня в луже собственной крови. А голос диктора за кадром с упреком задает риторические вопросы: «В таком многолюдном месте и такая трагедия? Как дальше с этим жить? Стоит ли разводить демагогию о том, какие все теперь равнодушные, как всем некогда?..».

Стыдно было осознавать и то, что сам Данил тоже хотел пройти мимо: купить хлеба и умчаться на тренировку. О, он бы так непременно сделал, но почему-то рядом с раненым парнем остаться было некому. Возьми кто-то другой на себя ответственность, Данил был бы только рад…

Мальчик грустно вздохнул. Пальцы ног стало поламывать от холода, напряжение, которое он испытывал, было настолько велико, что даже дышал через раз… А скорой все не было и не было. Данил в мыслях прокручивал одно и тоже: «Скорее бы приехали!.. Что ж так долго?! Только б не ушел!..»…

Мальчик огляделся, из прежних на остановке никого не осталось, подошли другие люди. Кто-то, занятый своими мыслями, на парня даже не взглянул: просто не заметил. Кто-то с ужасом интересовался случившимся, но увидев неадекватное поведение раненого, торопливо отходил в сторону, получив для себя некоторое объяснение.

Парень вновь попытался подняться, но на этот раз у него не получилось…

Вдруг мимо проезжающая полицейская машина развернулась и припарковалась прямо на остановке. Вышли двое в шинелях и в зимних шапках.

– В чем дело? – громогласно поинтересовался один; толпа значительно поредела.

– Не знаю… Ему никуда нельзя, – забеспокоился Данил. – Много крови потерял. Скорая сейчас приедет, – протараторил он.

Один из полицейских направил фонарик в глаза раненого парня, который заметно присмирел, явно испугавшись людей в форме:

– Наркоша, – равнодушно констатировал тот. – Отверткой ширнули? – разглядывая маленькую, но глубокую рану на подбородке, спросил он. – Кто ширнул?

Парень молчал и не улыбался, он испуганно смотрел то на одного, то на другого полицейского.

– Заявлять будешь? – спросил второй, и, махнув рукой, сам себе ответил, – Не будет.

К великой радости Данила в этот момент подъехала скорая помощь. Вернее машина проехала мимо, но он так отчаянно махал руками, что его заметили, развернулись на перекрестке и подъехали к остановке.

Человек в белом халате осмотрел раненого:

– Кто тебя так? – поинтересовался он.

– Упал.

Полицейский ухмыльнулся, врач тоже недоверчиво заулыбался:

– Надо в больницу… Так и запишем: «Упал», – добавил он, глядя на полицейского.

Тот был этому только рад. Ему вовсе не хотелось возиться с парнем: забрать его в участок в таком состоянии нельзя – он уже белый как снег, помрет еще, а тут вся ответственность на медработниках. С чувством выполненного долга, полицейские уехали.

Данил умчался домой без хлеба: киоск закрылся. Мальчик не успел ни математику сделать, ни хлеба купить, а самое главное: идти на тренировку смысла уже не было, она через полчаса должна была закончиться. Димка вернулся домой расстроенный, замерзший и уставший.

– …Ты же «опорник»!.. Как ты мог?! Разве я тебя этому учил?! – разрывалась телефонная трубка голосом рассерженного тренера, – Димка с температурой пришел, а ты?! Как ты не поймешь?! Я бьюсь-бьюсь, чтобы вытащить вас! Это ж другой уровень, балован ты этакий! Нет у нас в городе ничего! Футбол на низком уровне: вам даже тренироваться не с кем! А там – всё!.. Дай мне отца! – раздраженно гаркнул он.

Рэмка мирно дремал. Обидно было, Данил сжал губы и чуть не зарыдал. Отец его не отругал, хмуро выслушав оправдания. Мама обеспокоенно заметила, что наркоманы непредсказуемы и опасны, что с ними связываться нельзя. Больше всего было стыдно перед Иванычем и перед командой: подвел он их всех, и себя подвел…

Вдруг Даниил подумал о том, что в утренних новостях не услышит «На остановке найден труп молодого человека…» и решил, что все-таки ни о чем не жалеет. Да сдалась ему эта школа? Там все чужое. А тренер сам всегда учил: «В любой ситуации оставаться Человеком»…

© — «Наркоша» рассказ
 Елены Дубровиной,
http://elena-dubrovina.ru/
рассказ вошел в сборник «Пшеничное сердце»
 
При копировании материалов статьи
ссылка на сайт и указание автора обязательны!

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Анти-спам: выполните заданиеWordPress CAPTCHA